Ягаба Костылькина

авторы Наталья Хоун, Рина Степная

Обычный будний день и феи заняты обычными делами.
В лесном ранчо русоволосая Юная Ведьма колдует среди колбочек. Маленькие фейрверки вспыхивают то над одной, то над другой. Изящная золотая брошка зарождается и начинает расти в керамическом горшочке...

Паучка Арахна, в своём самом удобном обличьи, перебирает лапками по паутинке прикрепляя жемчужины и бриллианты в живописном беспорядке.

Тёмная Ведьма, обложившись толстыми фолиантами в кожанных переплётах, строчит новый доклад, спеша за мыслью и ломая свои лучшие перья для докладов - перья феникса.
Мудрая птица, как обычно, спряталась за своими огромными очками и выплетает что-то уж совершенно необыкновенное, умудряясь удерживать одновременно шесть челноков с разноцветными нитями.

И так были заняты все волшебницы своими повседневными делами, когда каждая из них услышала тонкий хрустальный звон. Это был срочный вызов в Бисерный Замок.

Кто же решил вдруг всех созвать и зачем?

Одна за другой феи материализовались в зале заседаний. Там уже, вся возбуждённая и взбудораженная, Весёлая Ведьма бегала взад и вперёд, всплёскивая руками.

- В Лесном Королевстве снова переполох! Ягаба Костылькина распространила листовки! А в них - мягко стелит, да лежать жёстко! Выбрала лучшую мастерицу, Тициану, и давай работы песочить! А сама комплиментами пересыпает, да егозит - зависть свою чёрную скрывает! Прекрасные, говорит, украшения, только лежат плохо, неровно, топырятся и того, кто наденет - не украшают! Ну и как вам такое? - Весёлая ведьма наконец-то остановилась и обмахнулась хвостами своих котов, сидящих на плечах, - вот и листовки. С картинками!

Феи рассматривали хорошо отпечатанные картинки и передавали друг другу.

Юная Ведьма с сомнением покачала головой:
- А на картинках и правда, видно, что топорщатся... Да и украшения названы здесь "прекрасными". Зато Тициана теперь может взглянуть на свои работы со стороны и исправить ошибку.
- Но сам факт обсуждения чьих-то работ - возмутителен! - Прервала её Тёмная Ведьма.
- Конечно, просто неприлично за спиной критиковать художника, может быть, у него такое видение мира! - добавила Гауйя.
- А что по этому поводу говорят на посиделках в "Инбирисе?"

Арахна потянула за невидимую нить и откуда-то из под потолка аккуратно спустилось огромное хрустальное блюдо и опустилось на стол, вокруг которого сидели феи. На блюде лежал апельсин, яркий, как само Солнце. Апельсин медленно покатился по кромке блюда, феи взялись за руки и сомкнули круг. На блюде появилось изображение.

Как и преполагалось, листовки уже успели вызвать переполох. Мастерицы собрались обсудить событие в своём излюбленном месте, в уже известном нам лесном кафе. В центре внимания была сама Тициана, возмущённая и растерянная.
- Но я так люблю свою работу! Я ни за что не остановлюсь и буду и дальше делать украшения. Просто никому и никогда больше их не покажу!
Остальные доказывали ей, что это глупые листовки и Ягаба сама ничего не понимает в искусстве, зато очень завидует. Нельзя обращать внимание на зависть! Все ужасно волновались и хвалили Тициану перебивая друг друга.

Вдруг, в момент затишья, все ясно улышали голос Грины:
- Да всё дело в моделях! Когда у колье нельзя поменять длину, то оно просто не подойдёт на любой размер! Тебе просто нужно внимательнее относится к выбору моделей для фото!

Феи разняли руки и изображение исчезло.

- Ну вот, я же говорила - что ни случается - случается к лучшему! - воскликнула Юная Ведьма, - Теперь Тициана будет фотографировать свои колье только на подходящих моделях и её колье будут выглядеть идеально. Вот видите, как важно визуальное представление изделия, если вы хотите добиться успеха! Это же азы рекламы и маркетинга! К сожалению, такая прекрасная мастерица выучила это урок не из учебника...

- Да, ну что же нам делать с Ягабой? - спросила Весёлая Ведьма.
- Ягаба сама создала себе репутацию, и уже не отмоется, - ответила Гауйя, - этих листовок ей никогда не забудут.

***
Риро посмотрела на Наталианну.

- Некоторые думают, что можно научиться быть волшебницей, - заметила она, – научиться можно ремеслу. Волшебницами рождаются. И уже потом, иногда – спустя годы, в неосознанных поисках применения тому огню, который горит в душе, приходят к познанию техники волшебства. Если искры изначально не было, - учи, не учи, все равно будет не в коня корм.

Сказав это, она подумала о том, что не совсем это правильно. Если учиться приходят к настоящему волшебнику, он приложит все силы для того, чтобы эту самую искру отыскать и раздуть. Мало таких, у кого отыскивать совсем нечего, - она таких, пожалуй, не встречала среди тех, кто приходил к ней. Да, нужно было порой и поколдовать, и подумать, но тем радостнее было видеть потом результат. Но речь шла о другом.

- Обычно такие и не приходят учиться, - продолжила Риро, - но бывает – придут по чужому совету, по молодости, нахватают поверхностно ненужных им знаний, бумажку получат: удостоверение, что познали науку. И вместо волшебных заклинаний творят потом поделки. Зато гордятся удостоверением перед настоящими волшебницами, у которых удостоверений нет.

Лично мне таких жалко. Это просто зависть к чужому дару, когда своего нет. Каждый гордится чем может, тем, что у него есть. Кто-то – талантом, кто-то – удостоверением.

Хотя, конечно, настоящим волшебницам образование нисколько не вредит, - и Риро с улыбкой посмотрела на Наталианну.

Во время этого монолога Риро не прекращала работу. Мелькали, пощелкивая, челноки, выплетая сложный узор из синей с серебром нити. Бусины из лунного камня, в нетерпении, позвякивая, перекатывались в хрустальной розетке: совсем скоро они займут свои места в работе и будут красоваться там вместе с цитринами среди россыпей хрустального и синего бисера.

Риро посмотрела на них строго, что-то пробормотала, кладя в розеточку челноки. И превратилась в огромную пушистую белую кошку с ярко-зелеными глазами. Ее кресло повисло в воздухе и стало толстым стволом поваленного дерева, покрытого изумрудным пушистым мхом.

- Мя-а-у?! – хором сказали коты Веселой Феи.

Белая кошка фыркнула на них, сладко, старательно потянулась, выгнув спину и вонзая когти в мох.

Встряхнувшись, снова приняла облик волшебницы Риро, сидящей в кресле.

Только в этот раз подол ее длинного платья цвета темного серебра был оторочен пушистым белым мехом, очень похожим на хвост Белой Кошки, Хозяйки Дикого Леса. И потянулась к челнокам.

- Простите, леди. Что-то спина устает за работой, - виновато сказала Риро.

- Ты бы, Риночка, котиков моих не смущала… - улыбнулась Веселая Фея, глядя на вставших на задние лапы котов.

- Простите, господа, - извинилась Риро и перед ними, щелкнула пальцами, и перед каждым котом возник в воздухе кружок колбасы.

- Я, собственно, с этой Ягабой незнакома, и с ее творениями тоже. Я это так сказала, вообще, потому что хорошо понимаю Наталианну, - уточнила Риро, приступая к работе.